Лицо города в лицах. Часть ХV. Глава 2. Идеальный город: вперед в прошлое!
25.10.2018

Средневековые корпорации как основа городского самоуправления. Немецкий «Генштаб» как образчик пространства принятия решений. Сингапурский авторитаризм как оплот быстрых и эффективных изменений…

Эти темы были затронуты в первой части беседы с архитектором и урбанистом Игорем Лялюком, обсуждая «идеальную» модель» развития современного городского пространства.

Штудируя воспоминания и рефлексии о том, каким бы МОГ состояться наш город за последние 30 лет, наш собеседник сформулировал неординарные идеи о том, каким он МОЖЕТ реализоваться в ближайшие десятилетия.

 

Феодалы европейского средневековья, что бы мы о них ни говорили, были основными спонсорами будущего. Стремясь ко все более изощренной роскоши и комфорту, они способствовали прогрессу как таковому. Что нужно для того, чтобы наши феодалы начали заказывать будущее «некурящего человека» у нас здесь?

Я недавно нашел ответ на вопрос, чем же отличаются феодалы того времени от феодалов нашего? И он, что логично, лежит в поле образования. Существует несколько культурных норм образования, первая из которых — «античная»; в ней главное — ответственность элиты за происходящее. Вторая норма, которая лежит в основе имперского, а потом и советского образования, — «прусская», где нет различий между элитой и неэлитой, где каждый человек является винтиком механизма, он может быть включен в систему принятия решений, но в определенной иерархии. Нынешняя элита — порождение той самой «прусской» системы с практически отсутствующим элементом «античной» ответственности. Вот такая вот каша.

Мы живем в средневековье, где есть только одна половина — та самая уродливая, темная, иррациональная, феодальная, а не урегулированная и ответственная.

При оценке развития тех или иных обществ я применяю несколько карикатурное деление на «охотников» и «огородников»: первые эффективны в ситуации избытка ресурсов, вторые — при нехватке таковых. Наша управленческая элита - — это «охотники», они выросли на «дерибане» советских ресурсов. А сейчас они закончились и сейчас у нас есть неприглядный шанс повторить судьбу одного племени в Новой Зеландии. Основным ресурсом существования этого племени была охота на гигантских птиц моа, больше они ничего не умели делать. С исчезновением этого ресурса в виде птиц началось массовое людоедство и племя практически исчезло.

Ресурс дальнейшего развития города — в чем он: в амбициях и самолюбии молодых архитекторов, горделивом упорстве урбанистов, некоем высшем озарении девелоперов?

Как говорил мой учитель Максим Теодорович Ойзерман, «ресурс — это актуализированная возможность, а возможности есть всегда! Надо только их уметь актуализировать». Актуализация происходит через проекты.

В Харькове в определенный период в профессиональной среде архитекторов было достаточно мощное урбанистическое движение с ключевой фигурой — Александром Петровичем Буряком. Обсуждалось множество сценариев, прожектов, стратегий развития города. Все это пылится на полках. Среди этих проектов рассматривалась очень неординарная, я бы даже сказал, вызывающая идея проведения в Харькове масштабного конструктивистского фестиваля. Ведь что как не это архитектурное направление является изюминкой города, которая могла бы заинтересовать иностранцев. Это действо задумывалось по аналогии с фестивалем баухауса «Белые ночи» в Тель-Авиве.

Наша площадь Свободы, сконцентрировавшая выдающиеся, знаковые памятники конструктивизма, могла бы стать местом проведения не менее яркого и масштабного праздника. Можно было бы оживить богатейшее наследие харьковского футуризма первой половины ХХ столетия в ретро-парадах и арт-перформансах. Это богатейший пласт культуры, который до сих пор толком не поднят и не актуализирован, поэтому не является ресурсом развития туризма. Если такой проект реализовать достойно, скажем, хотя бы отдаленно похожим на американский «Burning Man», то можно было бы привлечь множество туристов: и внутренних, и зарубежных. А это приличные вливания в город, часть которых можно потратить на реставрацию зданий.

Тогда объекты модернизма были бы включены в бизнес-схему, и тогда всем станет понятно зачем они нужны. Пока что памятники архитектуры воспринимаются какой-то досадной и никчемной статьёй расходов. И это примитивное аборигенное отношение будет сохраняться до тех пор, пока памятники не начнут приносить доход. Вот во Львове архитектура стала ресурсом — она зарабатывает! Да, у нас нет такого средневекового ресурса (интересного, кстати, только внутреннему потребителю), но у нас есть свой — интересный всему внешнему миру.

Фестиваль — это мероприятие спорадическое и кратковременное, а что можно еще сделать, чтобы Харьков смотрелся на туристической карте Украины более убедительно и стабильно?

Когда-то мы пытались реализовать идею «Института генплана города». Традиционно генплан представляется в виде схем, макетов — дальше мертвой геометрии дело не идет. Мы же рассматриваем «генплан» как живой процесс с постоянным мониторингом ситуации, прокладывание стратегических и тактических действий, их корректирование.

По этому поводу вспоминается необычная работа, проведенная со студентами. Помните сколько гостиниц и кафешек было настроено в преддверии Евро-2012? А ведь мы еще в 2009 году пытались прогнозировать дальнейшую судьбу этих построек. Что с ними делать после чемпионата? Как их использовать после чемпионата, кроме как «стиральные машины» для отмывания денег? И тогда был задуман проект «пешеходного ядра» Харькова: от площади Конституции до площади Свободы. Улица Сумская связывает два исторически сложившихся в городе центра: центр времен Российской империи и центр советской эпохи.  

На этом участке было предложено просмотреть зону из четырех кварталов: там внутри между улицами Сумской, Гоголя, Рымарской и Пушкинской масса старинных двориков, практически львовских средневековых. Что если их расчистить и превратить в публичное пространство, там могли бы открыться различные концептуальные заведения, подобные львовским, со своими мифами, легендами, историческими перепевами. Мы ввели понятие «полезного периметра» — это периметр первых этажей, интересных для бизнеса. Сейчас, это первые этажи по ул. Сумской, да и то они плохо живут, потому что активный «движняк» делает очень некомфортной среду для пешеходов, и, естественно, для магазинов.

Мы отталкивались от того, что Сумская должна стать пешеходной. Где-то в преддверии «пешеходного ядра» должны возникнуть перехватывающие парковки, а внутри зоны предполагался немногочисленный общественный электрический транспорт. Мы пытались доказать, что центральная часть города в пешеходном формате — это гораздо более выгодный ресурс, чем в автомобильном. И, кстати, с этими идеями мы шли в ногу с трендами западной урбанистки. Хотя нам еще не были доступны книги Яна Гейла с его урбанистическими идеями «города для людей».

При грамотном промоушне проекта капитализация вложений в объекты этого района была бы невероятная.

Как у архитектора у Вас есть определенные возможности и желания. Как обстоят дела с их актуализацией?

Интересную работу удалось осуществить с подачи строительной компании «Авантаж». По их техзаданию, кстати, очень современному и грамотному сточки зрения урбанистики, необходимо было разработать определенную территорию для застройки.

Честно говоря, этот проект я видел несколько по-иному, и с несколькими дипломниками мы предложили альтернативный вариант. Мы попытались смоделировать ситуацию, в которой девелоперский рынок будет восприниматься совершенно в новом свете. Кроме того, мы предложили действия, в результате которых могли бы начать формироваться те самые городские сообщества.

Идея: для большой территории подрядчик делает детальный мастер-план, в котором проложены дороги, обозначены места для кварталов, разработаны правила застройки, сформированы типовые участки под дома. Затем этот план выкладывается в свободный доступ на сайты или в соцсетях для общественного обсуждения. Мы получаем большой генплан определенной территории, где для каждого «пятна», отведенного для здания, любой архитектор может предложить свой проект. Таким образом, можно формировать базу вариантов проектов. А будущие жильцы этих «пятен» смогут выбирать себе наиболее подходящий вариант.

В итоге мы получаем диверсификацию проектного рынка, его омоложение и демократизацию. Сегодня молодому архитектору пробиться очень сложно, ведь профессионального лифта в Украине не существует, систем конкурсов у нас нет. Ты должен попасться на глаза «феодалу» — вот тогда можно говорить о начале карьеры. В нашем случае все прозрачно и, самое главное, появляется то самое пространство принятия решений, где объединяются интересы и опыт трех сторон: застройщика, архитектора и покупателя. Это очень хорошо укладывается в тенденции консьюмеризации рыночных отношений, т.е. максимального уточнения продукта под требования конкретного потребителя.

Тут-то и начинается освоение совершенной новой сферы для девелоперов — «социальной инженерии». Т.е. умение сформировать из разновекторных потребителей сообщества. Люди, которые хотят купить квартиру в том или ином доме, должны сформировать группу из нескольких семей. Их должно быть не больше 10-ти, тогда эта группа будет эффективна в принятии решений и управлении. После этого такая группа выбирает участок и проект, дорабатывает его под свои запросы. Девелопер при этом не хозяин проекта, а соучастник и консультант.

Все это звучит как-то слишком уж утопично… В основе Вашей разработки есть некий осуществлённый зарубежный прототип?

Это вполне осуществимый и уже осуществленный проект. У них это уже давно есть, а у нас это придется делать, потому что в условиях жесткого кризиса, который все равно случится, девелопер будет вынужден прибегнуть к таким  гибким механизмам работы с клиентом.

Пример тому — немецкий город Фрайбург, который заслуженно носит звание “столицы экологического строительства”. В 90-ые в ответ на острую нехватку жилья началось строительство крупного жилого массива Ризельфельд. Для управления развитием района администрация Фрайбурга создала отдельную проектную команду, которая координировала деятельность коммерческих девелоперов. В районе действует несколько ассоциаций жителей, в культурном центре ежемесячно проводятся разнообразные события. Здесь все соответствует всем принципам комфортной городской среды: человеческий масштаб, активные первые этажи, разнообразные фасады, качественные и зеленые общественные пространства, безопасные улицы… Но еще более показательным стал район Вобан, в конце ХХ века вовсе выглядевший бесперспективным. Городские власти не думали об этой территории как о жилой. Там до этого размещался французский гарнизон, застроенный бараками.

Инициатива пришла со стороны жителей — в 1993 году, когда земля еще принадлежала федеральному правительству, студенческие ассоциации выступили с инициативой превращения нескольких “армейских бараков” в жилье для студентов и заключили официальный арендный контракт. В 1994 году организация, созданная жителями Фрайбурга, выкупила несколько зданий у федерального правительства и запустила процесс их реновации. Пока город занимался вопросами выкупа земельного участка, группа заинтересованных горожан создала ассоциацию (Forum Vauban) для обсуждения вопросов использования этой территории для решения проблемы доступного жилья во Фрайбурге. Организаторами ассоциации выступили только 7 человек, но спустя 2 месяца уже 60 человек встречались на регулярной основе, а в 2003 году число активных участников превысило 400 человек.

Таким образом, с самого начала жители были активно включены в процесс развития территории. Форум Вобана стал связующим звеном между жителями и городской администрацией, эта независимая структура организовывала обсуждение принципов развития района, работала с инициативными группами, которые были готовы совместно строить многоквартирные жилые здания.

В результате, большая часть зданий в Вобане построена частными группами жителей и жилищными кооперативами, а не профессиональными девелоперами.
Жители не просто “построили район вместе”, они непосредственно участвовали в планировании и строительстве своих домов и создании необходимой инфраструктуры. Именно в процессе обсуждений, планирования, совместной работы “строительных групп” они стали тем сообществом, которое создает это место. Вобан уникален, потому что таким его сделали жители.
И сейчас — это самый экологичный, безопасный и привлекательный район города, куда съезжаются мэры городов со всего мира, чтобы лично познакомиться с таким чудом социальной инициативы.

И я пока не вижу препятствий тому, чтобы такое же чудо социальной инженерии стало той самой актуализированной возможностью в нашем городе.

Материал подготовил — Игорь Авдеев
Фото — Игорь Авдеев

Первую часть беседы можно прочитать по ссылке

 

Все статьи